«Кто ты есьть то? Поляк малы. Яки герб твуй? Ожэл бялы» (транскрипция с польского языка. – Ред.). Слова стихотворения известного польского поэта Владислава Белзы «Катехизис польского ребенка» напомнил один из читателей районки. Мужчина, с которым случайно встретились возле редакции, рассказал о своей матери, детство которой прошло в Западной Беларуси.
– Она нечасто вспоминала то время, – рассказал мужчина. – Говорила только то, что этнических белорусов поляки не считали за людей. Были запрещены язык, православие, наши обряды и традиции. Умирая, мама в бреду шептала строки польского стихотворения, которое ее еще в 30-годы минувшего столетия заставили зазубрить в польской школе.
К сожалению, не догадался обменяться контактами с собеседником. Надеюсь снова встретиться с ним и узнать побольше о жизни его матери. Но уже по этому единственному случайному штриху становится понятно, что и через более чем 80 лет люди помнят «сладкую» жизнь на территории «крэсов всходних», как официально именовали территории, отошедшие Польше после подписания Рижского мирного договора 1921 года.
Определенные силы и сегодня рассказывают, что Польской республике достались практически опустошенные земли, пережившие Первую мировую войну, немецкую оккупацию, революционные события и советско-польскую войну. Большинство населения составляли крестьяне, которые вели натуральное хозяйство. Земли не хватало, а ее обработка велась примитивными орудиями труда. Государственная пропаганда стремилась показать, что Польша несет цивилизацию на «восточные окраины». Чем-то схоже с сегодняшним насаждением «западной демократии».
По ту сторону границы некоторые и сегодня считают, что польская оккупация, а иначе это не назовешь, принесла крестьянам достаток, всеобщее образование, новые технологии. Но даже прозападные электронные энциклопедии не посмели публиковать столь наглую ложь. Пусть коротко, но они информируют: пребывание в составе Польши принесло Западной Беларуси аграрно-сырьевой кризис, политическое бесправие и жесткую ассимиляцию.
Еще в 1926–28 годах министр юстиции Польши Мейштович утверждал: «Беларуси самой историей предназначено быть мостом для польской экспансии на Восток. Белорусская этнографическая масса должна быть переделана в польский народ. Это приговор истории; мы должны этому способствовать».
И способствовали, как могли: за первые пять лет число начальных белорусских школ уменьшилось с 32 до 5. С ноября 1924 года изучение основ католицизма вводилось в качестве обязательного предмета во всех школах на территории Польши, в то время как преподавание дисциплин других конфессий было запрещено. И, тем не менее, 35 процентов населения Западной Беларуси оставалось безграмотным.
В то время даже само определение «белорус» считалось едва ли не преступлением. Во время переписей жители записывали себя «тутэйшыми», чтобы избежать гонений и репрессий. История сохранила факт, когда в июне 1923 года на железной дороге на участке Волковыска было уволено 250 православных белорусов, как «не сдавших экзамен». Им грозили либо тюрьма, либо высылка в Советскую Россию.
Уже завтра в нашем районе пройдут первые праздничные мероприятия, приуроченные ко Дню народного единства. Диалоговые площадки, концерты, спортивные состязания и творческие выставки будут проходить вплоть до основного дня праздника – 17 сентября.
И пусть некоторых особо рьяных западных политиков возмущают выбор даты и название праздника, для нас он действительно нужный. Еще более необходим он для следующих поколений. Нужно помнить, что несет в «освобожденные» страны Западный мир, как он относится к коренному населению, и как можно достичь процветания, если мы будем едиными.
