Журналист "ДК" узнала у бывшего заключенного в чем смысл свободы

– Когда я должен прийти в следующий раз?

Обычная беседа начальника уголовно-исполнительной инспекции с бывшим заключенным. Любопытство взяло верх. Решилась заглянуть в кабинет. В тот момент даже не предполагала, что молодой мужчина приятной наружности через несколько минут будет сидеть напротив и рассказывать свою печальную историю. Она и привела собеседника в стены «казенного» учреждения.

– Каждому человеку надо давать шанс, – считает Иван Иванов. – Свой я уже использовал. После пережитого научился находить радостные моменты в обычных вещах. Алкоголь для этого не нужен. Пять лет не употребляю спиртное даже по праздникам. Полки вино-водочных отделов магазинов обвожу равнодушным взглядом…

О своем прошлом ­32-летний гомельчанин, временно переехавший к матери в Добруш, рассказывал без стеснения. Единственное, о чем попросил,  – изменить имя и фамилию. Ради матери, поясняет, она и так настрадалась из-за непутевого сына.

До 27 лет Иван жил – не тужил. Бары, клубы, дискотеки. На почве совместной выпивки друзьями обзаводился легко. Проблемами – также. Они начались с потасовок среди захмелевших приятелей. С кем-то мог подраться в шутку, а с кем-то и всерьез.

– Думаю, на поведение повлияла смерть отца, –  говорит он. – Мне было 18 лет, когда его не стало. Как раз на Новый год.

В тот вечер, с которого и началась дорога в ад, он позвал к себе домой  приятелей. Поначалу даже не верил, что избил одного из них настолько сильно, что тот попал в больницу. Говорит: был пьян. Потерпевший обидчика не простил. Написал на него заявление в милицию. Ивана задержали сотрудники Советского ОВД Гомеля. Оказалось, на шесть месяцев – столько времени расследовали его дело.

– За решеткой изолятора временного содержания трудно, но жить можно, – утверждает собеседник. – Там такие же люди. Поговорили, нашли общий язык.

На суде страшнее всего было не приговор обвинительный услышать, а посмотреть в глаза матери.  Стыдно, что единственный сын не оправдал ее надежды…

При виде исправительной колонии № 20 строгого режима в Мозыре Иван почувствовал ужас.  Новичка, имевшего серь­езное заболевание, определили в отряд к инвалидам и пенсионерам. Что здесь придется провести назначенные судом четыре с половиной года, старался не думать. Заранее решил: выйдет досрочно. От завсегдатаев «зоны» узнал, что здесь не любят нерях, но и белоручек не жалуют. Поэтому дисциплину не нарушал, в конфликты с другими осужденными не вступал, в промзоне трудился честно. Часть заработанного и пенсии, а также денег, которые присылали из дома, переводил в счет возмещения заявленного потерпевшим морального ущерба. 10 миллионов неденоминированных рублей выплатил за несколько месяцев. И ждал решения комиссии по амнистии.

– Скостили год, – рассказывает Иван. – Стало легче. А потом узнал: будет новая амнистия по случаю важной для Беларуси даты. 21 июля рассматривали мое заявление об условно-досрочном освобождении. Через три дня с вещами и пакетом документов я стоял за воротами учреждения.

Дату 24 июля 2015 года он запомнит на всю жизнь. Первым, говорит, было даже не ощущение свободы, а чувство свежести. В воздухе и голове. Он дал себе слово больше сюда не попадать. Его никто не встретил – родных преду­предить не успел. Но в кармане были небольшие деньги, оставшиеся после оплаты за «проживание» в колонии и прочих расходов. Купил билет на автобус  – и домой. Освобождение отмечать не захотел. Прежние друзья уже не интересовали. Потерпевший при встрече демонстративно отворачивался.  Соседи тоже поглядывали косо. А позже рассказали: деньги, которые Иван выплатил истцу, тот потратил на пьяные застолья…

– Вернуться к нормальной жизни мне помогла мать и ее знакомые, – не скрывает Иван Иванов. – Первым делом обратился за материальной помощью в службу, которая занимается бывшими заключенными. Сумму выдали небольшую – около миллиона «старыми». На первое время хватило. У меня была квартира, правда, оформленная не на мое имя. Но жить там, где меня все знали, не хотел. Недвижимость продал и купил квартиру в другом районе областного центра.

На работу также устроился без особых проблем. По протекции уважаемых в городе людей после короткого собеседования меня направили в отдел кадров предприятия «Рубин». Оно трудоустраивает людей с инвалидностью. Две недели испытательного срока выдержал с легкостью. Хотя до тюрьмы нигде долго не задерживался, жил на случайные заработки. Теперь я постоянный работник. Ничего, что специальность слесаря контрольно-измерительных приборов и автоматики не пригодилась.

– Без преувеличения, стал другим человеком, – откровенничает Иван. – Понял главное: жить надо по совести. В тюрьме общался с разным контингентом сидельцев. Выходя на свободу, многие обещали исправиться. А вскоре возвращались в колонию. На моей памяти случай, когда парень, отбывший срок за воровство, провел на свободе всего 18 часов.

Свободное время Иван проводит в Интернете. И контролирует ремонтные работы в собственной квартире. От матери собирается уехать. Пора строить личную жизнь. На примете есть несколько девушек. Значит, вскоре Иван станет женихом. На вопрос, признается ли избраннице в прежних ошибках, отвечает философски: кто любит, тот поймет…

Людмила НАЗАРОВА

Фото носит информационный характер